Птицы Красной книги СССР

Даурский журавль

Grus vipio
Даурский журавль

На Дальнем Востоке обитают 3 вида журавлей: японский, даурский и черный. Все они редкие, охраняемые законом птицы.

Даурский журавль встречается в тех же местах, что и японский. Их часто можно увидеть вместе, и биология этих птиц весьма сходна. Однако если японского журавля на мари сразу заметишь, то даурского журавля придется поискать: цвет его более скромный - сероватый, по окраске он похож на нашего, обыкновенного журавля. С мест зимовок журавли в нашу страну прилетают в марте, разбиваются на пары в середине апреля. В это время на утренних и вечерних зорях можно наблюдать танцы даурских журавлей. У меня с этой птицей связано одно маленькое приключение.

Экспедиция в Среднее Приамурье заканчивалась. Все вещи были упакованы. Живность, предназначавшаяся для зоопарка, расквартирована: квакши (мелкие древесные лягушки) сидели в банках, ящерицы и змеи - в специальных полотняных мешочках. К тому же у меня была целая куча птенцов голубой сороки, очень красивой птицы, обитающей только здесь, в Приморье и Хабаровском крае. Сидели сорочата в алюминиевом котелке, закрытом сетчатой крышкой, и постоянно хотели есть, так что кормить их приходилось через 20-30 минут.

Итак, мыслями мы были уже в Москве. Неожиданно пришла весть, что недалеко (по дальневосточным понятиям), километрах в трехстах, в небольшом поселке, живет даурский журавль, причем журавль, по-видимому, бесхозный. Кормят его всем миром, он совсем ручной, ходит по поселку и выпрашивает подачки у местных жителей. Вероятно, был взят птенцом или подобран подранком.

Мы понимали, что журавль является государственным достоянием, настоящей живой драгоценностью и поэтому решили, что он должен жить в Московском зоопарке. Если бы удалось, то он оказался бы первым экземпляром данного вида, живущим в зоопарках страны.

Мой товарищ по экспедиции запасся необходимыми документами, взял билет на поезд и отправился добывать журавля. Я со всеми вещами остался в Хабаровске и слонялся по городу с котелком голубых сорочат, которых надо было постоянно кормить.

Прошел день - товарища не было. Еще день. Завтра утром мы должны лететь. Я начинал нервничать. Небольшое забавное событие слегка отвлекло меня от тревожных мыслей. Смеркалось. Улицы пустели. Я сидел на лавочке центрального городского бульвара и готовился покормить птенцов. Это довольно долгое занятие. Я мелко нарезал вареное яйцо, добавил туда хлеба и творога и достал фляжку с водой. Неожиданно из темноты появились два милиционера. Картина для них была вполне понятна. Небритый человек, вероятно без определенных занятий, закусывал и, судя по фляжке, выпивал в укромном месте, дождавшись вечерней прохлады. Патруль приблизился. Потребовали документы. Я показал паспорт и командировку. Понюхали фляжку. Вода. Попросили открыть котелок. Открыл. Десяток глоток дружно запросили есть. Котелок резонировал на всю улицу. Милиционеры так опешили, что попросили повторить. Я закрыл крышку и снова открыл, с тем же эффектом. Вид голодных сорочат был гораздо убедительнее документов. Пожелав счастливого пути и сделав отеческое замечание по поводу моего внешнего вида, милиционеры удалились.

Я спокойно покормил птенцов и пошел встречать товарища на вокзал - последний поезд, последний шанс. Завтра утром у нас самолет. Подошел поезд, народ повалил на перрон. Показался мой товарищ с огромным свертком под мышкой. С одной стороны свертка торчала голова на длиннющей шее, с другой - ноги, похожие на бамбуковые лыжные палки.

Ночь мы провели у здания аэровокзала. Дождались утра и автобуса и гадали, как мы повезем журавля. Он же спокойно стоял рядом с нами и выглядел совершенно беззаботным. Великолепная взрослая птица, у которой был только один дефект - надклювье сломано. Очевидно, все же подранок.

Главная проблема заключалась вот в чем. На самолетах провозить животных можно только по специальной справке от ветеринара. Был бы у нас еще один день! Мы бы сходили в ветлечебницу и взяли бы такой документ, ведь журавль абсолютно здоров. Но увы! Дня у нас не было. Решили везти птицу контрабандой (да простит нас Аэрофлот!). Легко сказать, журавля за пазуху не запихнешь, не синица. Ни мешка, ни свободного рюкзака. Был только синий саквояж из плотной материи. Чтобы легче представить его размеры, скажу, что в него влезло бы килограмм восемь картошки. Не больше.

Мой товарищ сначала ни в какую не соглашался. Я все же уговорил его попробовать. Когда журавля поставили в эту сумку, сердце дрогнуло. Явно не влезет. Птица стояла так же невозмутимо, головой почти доставая до моего плеча. Я надавил ей на спину. Она села. Товарищ помог. Журавль сложился еще раз. Туловище птицы с трудом поместилось в сумке. Голова и шея торчали наружу.

Сейчас со стороны могло показаться, что два неудавшихся факира пытаются укротить огромную змею. Наконец, как складной метр, уложили шею, сверху аккуратно поместили голову. Мы вздохнули и защелкнули замок. Всё, уместился. Испытание закончилось, и мы вытащили птицу.

Однако была еще одна трудность. При входе в самолет нас могут проверить... Остаток ночи мы обсуждали детали операции. Журавль стоял рядом, ел у нас из рук хлеб и слушал.

И вот долгожданная посадка. Крупные вещи сданы в багаж. Идет досмотр ручной клади. Движется очередь. Все ближе и ближе женщина-контролер. Наконец-то она увидела меня! Как говорили вчерашние милиционеры, у меня была, мягко выражаясь, колоритная внешность. А сейчас, плюс к этому, на шее висело два наших ружья в чехлах. Увидев такого опасного человека, контролер, не проверяя, пропустила группу людей, среди которых оказался мой товарищ с саквояжем, и вплотную занялась мною, ружьями и документами. Все прошло по плану. Все бумаги на ружья в порядке, журавль в саквояже, а все мы - в самолете.

Как только взлетели, выпустили птицу из плена. Перелет Хабаровск - Москва беспосадочный, на полпути не высадят. Журавль спокойно стоял у стены, возле иллюминатора, чтобы он не бросался в глаза, мы для маскировки прикрыли его газетой.

Даурский журавль

Но удивительно! Никто на птицу не обращал внимания. Стюардесса разносила минеральную воду и горячие завтраки, проходя мимо нее; пассажиры тоже безучастно смотрели на огромную фигуру, неуклюже возвышавшуюся в салоне.

Мы ждали вопросов, возмущений, советов, но не равнодушия. Мой товарищ не выдержал. Он обратился к ближайшему соседу и попытался рассказать ему об этой интересной и очень редкой птице, таких в мире осталось очень мало. Сосед безразлично посмотрел на моего коллегу и на редкий вид, зевнул и уткнулся в журнал.

Мой товарищ помолчал, хмыкнул и снял со спины журавля газетку. Налил в свою видавшие виды алюминиевую кружку воды, отломил кусок хлеба и протянул птице. Журавль взял хлеб, обмакнул его в воду, съел и вопросительно посмотрел на нас. Мы поняли и дали еще кусок.

Так случилось, что нашего журавля я увидел только через полгода. В Московском зоопарке птица перелиняла. Если раньше она была просто серой и довольно грязной, то сейчас она приобрела благородный серебристый цвет. Задняя часть шеи стала снежно-белой, а шапочка - темно-вишневого цвета. О том, что это та же самая птица, напоминало лишь сломанное надклювье.